Неточные совпадения
Сколько он ни вспоминал женщин и девушек, которых он знал, он не мог вспомнить девушки, которая бы до такой степени соединяла все, именно все
качества, которые он, холодно рассуждая, желал видеть в своей
жене.
— По-моему, это не революция, а простая уголовщина, вроде как бы любовника
жены убить. Нарядился офицером и в
качестве самозванца — трах! Это уж не государство, а… деревня. Где же безопасное государство, ежели все стрелять начнут?
Жену и дочь у него отобрали, а самого его продали за 400 рублей в
качестве бесплатного работника другому китайцу.
(Сатана есть противник женственности, но не в своем
качестве падшего ангела, ибо в ангельском естестве вовсе нет этого противления
жене, а в
качестве бесплодного и бесполого, моноипостасного эгоиста.)
Новое рождение указано здесь в
качестве задачи супружества, как внутренняя его норма, и на этой основе строится вся полнозвучная гамма человеческих отношений в семье, в которой с такой мудрой прозорливостью усмотрел существо человеческого общества Η. Φ. Федоров: муж,
жена, отец, брат, сестра, деды, внуки — во все стороны разбегающиеся побеги и ветви Адамова древа.
По личным нравственным
качествам это был не только один из лучших русских людей, но и человек, близкий к святости [См. необыкновенно интересную книгу «Любовь у людей 60-х годов», где собраны письма Чернышевского, особенно к
жене, с каторги.].
Половодов вместе с Иваном Яковлевичем всему на свете предпочитал французские шансонетки, но в
качестве славянофила он считал своим долгом непременно умилиться каждый раз, когда пела
жена.
Допустим, что хозяева со своими
женами и детьми, как ирландцы, питаются одним картофелем и что им хватает его на круглый год; но что едят те 241 поселенцев и 358 каторжных обоего пола, которые проживают в избах в
качестве сожителей, сожительниц, жильцов и работников?
И точно, дня через четыре получается из Ниццы резолюция: ехать мне туда в
качестве гарсона, а
жене — кастеляншей.
Граф Кушелев-Безбородко держал тогда открытый дом, где пировала постоянно пишущая братия. Там, сначала в
качестве одного из соредакторов"Русского слова", заседал и An. Григорьев (это было еще до моего переселения в Петербург), а возлияниями Бахусу отличались всего больше поэты Мей и Кроль, родственник графа по
жене.
При Гамбетте же, в
качестве его директора департамента как министра внутренних дел состоял его приятель Лорье, из французских евреев, известный адвокат, про
жену которого и в Type поговаривали, что она"дама сердца"диктатора. Это могла быть и сплетня, но и младшие чиновники рассказывали при мне много про эту даму и, между прочим, то, как она незадолго перед тем шла через все залы и громко возглашала...
Тогда как, выбирая, ты хладнокровно рассудишь, имеет ли такая-то или такая женщина
качества, какие хочешь видеть в
жене: вот в чем главный расчет.
Любовь заслонит от тебя недостаток
качеств, нужных для
жены.
Положение отца хотя и было сомнительного
качества, но все же приятно щекотало самолюбие князя. От двух первых
жен у князя детей не было.
— Ну, а я так нет!.. Я не таков! — возразил, смеясь, Ченцов. — Не знаю, хорошее ли это
качество во мне или дурное, но только для меня без препятствий, без борьбы, без некоторых опасностей, короче сказать, без того, чтобы это был запрещенный, а не разрешенный плод, женщины не существует: всякая из них мне покажется тряпкой и травою безвкусной, а с
женою, вы понимаете, какие же могут быть препятствия или опасности?!.
К тому смыслу, который несомненно соприсутствовал завещателю во все время, употребленное им на составление завещания, к тому смыслу, который был ясен и для лиц, подписавших завещание, в
качестве свидетелей, и для
жены завещателя.
В его дом Андрей Андреевич Беловодов проник сам и ввел
жену через Матильду Руга, при которой состоял в
качестве комиссионера.
Степан Сидорович не особенно огорчался отсутствием
жены. Он всецело был занят кондитерской, в которую пригласил, в
качестве продавщицы, красивую шведку, и своим сыном.
Генерал в
качестве «благодетеля» вносил за нее деньги, а через семь лет неожиданно вздумал завершить свои благодеяния, сделав ее своею законною
женой «пред лицом неба и людей».
Ропшин зорко следил за Гордановым и за Кишенским, который входил в компанию с Бодростиным в
качестве капиталиста и предал его, при посредстве
жены Висленева, в руки ловкой княгини Казимиры.
— Я видела много молодых людей, я изучала их и не нашла среди них достойнее вас, не по внешности, хотя вы сами хорошо знаете, что и на внешность вы не можете пожаловаться, а по вашим внутренним
качествам; и я решила, что я буду вашей
женой, но…
Человек далеко не старый, но уже генерал-аншеф, гвардии подполковник и генерал-адъютант, Густав Бирон состоял в числе любимцев своей государыни и, будучи родным братом герцога, перед которым единственно трепетала вся Россия, не боялся никого и ничего; имел к тому же прекрасное состояние, унаследованное от первой
жены и благоприобретенное от высочайших щедрот; пользовался всеобщим расположением, как добряк, не сделавший никому зла; едва ли, что всего дороже, мог укорить себя в каком-нибудь бесчестном поступке; наконец, в
качестве жениха страстно любимой девушки, видел к себе привязанность невесты, казавшуюся страстною.
Кроме того, несмотря на то что супруге Сергея Семеновича было сорок лет по самому дамскому счету, она еще очень сохранилась и обладала теми женскими прелестями и
качествами, найти которые в
жене такому пожилому человеку, как Зиновьев, не всегда удается.
Он так громко его жалел, так вздыхал, высказал столько хороших чувств и даже сам сбегал посмотреть на покойника, чтобы удовлетворить разгоревшееся любопытство
жены в
качестве очевидца.
Муж у нее — человек легкомысленный и пьяненький (Арина Петровна охотно говорит об себе, что она — ни вдова, ни мужняя
жена); дети частью служат в Петербурге, частью — пошли в отца и, в
качестве «постылых», не допускаются ни до каких семейных дел.
Этим последняя была всецело обязана Кутайсову и Груберу, наперерыв старавшимся возносить до небес несчастную обманутую девушку, столько лет молча сносившую позорную роль ни девушки, ни вдовы, ни мужней
жены, восхвалять ее добродетели, ум, такт и другие нравственные
качества, выставляя Оленина в самом непривлекательном свете во всей этой, по словам радетелей пользы Ирены, гнусной истории.
Мыльников для пущей важности везде ездил вместе с палачом Никитушкой, который состоял при нем в
качестве адъютанта. Это производило еще бо́льшую сенсацию, так как маршрут состоял всего из двух пунктов: от кабака Фролки доехать до кабака Ермошки и обратно. Впрочем, нужно отдать справедливость Мыльникову: он с первыми деньгами заехал домой и выдал
жене целых три рубля. Это были первые деньги, которые получила в свои руки несчастная Татьяна во все время замужества, так что она даже заплакала.
И, наконец, Мижуев, который служит мировым судьей и ужасно страдает, потому что
жена его (тетенька! представьте себе даму, которая на карточках пишет: рожденная Ноздрева!) открыто живет с чичиковским Петрушкой, состоящим при Мижуеве в
качестве письмоводителя.
Он владел большим богатством — и своим и своей
жены, графини Браницкой, — и огромным получаемым содержанием в
качестве наместника и тратил бóльшую часть своих средств на устройство дворца и сада на южном берегу Крыма.
Он не мог понимать вполне своей
жены, не мог чувствовать высказанной глубокой и тонкой оценки высоких
качеств Степана Михайлыча и попрежнему оставался только совершенно убежденным, что отец его такой человек, которого все должны почитать и даже бояться.
Над его залитым кровью трупом неудержимо и горько рыдала его
жена, разделявшая трудности похода с своим любимым мужем в
качестве сестры милосердия.
Красота и добродетели его будущей
жены казались ему
качествами несущественными. Он получал их как бы в придачу.
Мой отец брал взятки и воображал, что это дают ему из уважения к его душевным
качествам; гимназисты, чтобы переходить из класса в класс, поступали на хлеба к своим учителям, и эти брали с них большие деньги;
жена воинского начальника во время набора брала с рекрутов и даже позволяла угощать себя и раз в церкви никак не могла подняться с колен, так как была пьяна; во время набора брали и врачи, а городовой врач и ветеринар обложили налогом мясные лавки и трактиры; в уездном училище торговали свидетельствами, дававшими льготу по третьему разряду; благочинные брали с подчиненных причтов и церковных старост; в городской, мещанской, во врачебной и во всех прочих управах каждому просителю кричали вослед: «Благодарить надо!» — и проситель возвращался, чтобы дать 30–40 копеек.
—
Качества весьма обыкновенные… Весьма! — отвечала Елена почти с презрительной гримасой. — Ты имеешь любовницу и
жену; обеих их понемножку любишь и очень не желаешь, чтобы которая-нибудь из них изменила тебе!.. Словом, себя считаешь в праве делать все, что тебе угодно, и крайне бываешь недоволен, когда другие вздумают поступать тоже по своему усмотрению.
— К счастию, как и вы, вероятно, согласитесь, — разъяснял князь, — из княгини вышла женщина превосходная; я признаю в ней самые высокие нравственные
качества; ее счастие, ее спокойствие, ее здоровье дороже для меня собственного; но в то же время, как
жену, как женщину, я не люблю ее больше…
— Тем, что мы горничной, я думаю, не желаем в доме иметь с такими милыми
качествами, а вы хотите, чтобы у вас
жена была такая.
Жена моя была принята в Приречье с тем вниманием, какое она заслуживала по своему уму, душевным
качествам и ровным обращением со всеми, с кем вынуждена была знакомиться. Пошептались между собою о ее плебействе провинциальные аристократки, до которых дошло сведение, что она дочь какого-то шляхтича, непризнанного еще в дворянском достоинстве, но, побежденные ее привлекательной любезностью, признались, что она достойна занимать одно из первых мест в их обществе.
Вот прозрачный камень цвета медной яри. В стране эфиопов, где он добывается, его называют Мгнадис-Фза. Мне подарил его отец моей
жены, царицы Астис, египетский фараон Суссаким, которому этот камень достался от пленного царя. Ты видишь — он некрасив, но цена его неисчислима, потому что только четыре человека на земле владеют камнем Мгнадис-Фза. Он обладает необыкновенным
качеством притягивать к себе серебро, точно жадный и сребролюбивый человек. Я тебе его дарю, моя возлюбленная, потому что ты бескорыстна.
— А вот подите! Берта Ивановна рассуждала обо мне какой я негодный для жизни человек, и сказала, что если бы она была моею
женой, так она бы меня кусала; а я отвечал, что я могу доставить ей это удовольствие и в
качестве чужой
жены. Я, мол, очень люблю, когда хорошенькие женщины приходят в такое состояние, что желают кусаться. А она, дура, сейчас расплакалась. Да, впрочем, черт с ними! Я был и рад; очень уж надоело это столь постоянное знакомство.
У Осьмушникова крестил дочку, у Колупаева разыгрывал роль свата, у Прохорова — едва не свел со двора
жену (разумеется, этого на деле не было, а были «насмешки», в которых я фигурировал в
качестве соблазнителя).
В самом светлом и видном углу блистал ярко вычищенный образ в богатой серебряной ризе, которым покойный барин, в
качестве посаженого отца, благословил
жену бывшего своего камердинера; подле него на старинной резной горке находился разрозненный фарфоровый сервиз, или, лучше сказать, несколько разрозненных сервизов, вероятно тоже подаренных в разных случаях старым барином смазливой Анне Андреевне.
Денег вы дадите, я знаю, — я в этом не сомневаюсь; но где ж у меня те
качества, которые нужны, чтоб быть хорошей
женой?
Особенно выводил его из терпения приютившийся в нашем доме, в
качестве не то шута, не то нахлебника — брат его покойной
жены — некто Бычков, с младых ногтей прозванный Сувениром и так уже оставшийся Сувениром для всех, даже для слуг, которые, правда, величали его Сувениром Тимофеичем.
Это была семейная группа: тесть, теща, его
жена Ольга Дмитриевна, когда ей было двадцать лет, и он сам в
качестве молодого, счастливого мужа.
— Вы вызваны в
качестве свидетеля по делу об истязании запасным рядовым Алексеем Дрыхуновым своей
жены. Предупреждаю вас, что вы должны говорить одну только сущую правду и что всё, сказанное здесь, вы должны будете подтвердить на суде присягой. Ну, что вы знаете по этому делу?
Едва вышли вы замуж за человека благородного, умного, имеющего все
качества, чтобы сделать счастливой
жену свою, как уже, наместо того чтобы сокрыться во глубину вашего домашнего счастия, мучитесь мыслию, что вы недостойны такого счастья, что не имеете права им пользоваться в то время, когда вокруг вас так много страданий, когда ежеминутно раздаются вести о бедствиях всякого рода: о голоде, пожарах, тяжелых горестях душевных и страшных болезнях ума, которыми заражено текущее поколение.